Анализ как проект

Мы поговорили с Алсу Фатеховой — куратором курса «Предпроектный анализ», которая преподавала в Высшей школе экономики и РАНХиГС и более 9 лет занимается разработкой стратегий развития городов и территорий — о трансформации предпроектного анализа в России, идентичности проектировщика-исследователя, ограничениях городских данных и вопросах, которые важно не забывать задавать себе. Вот что мы обсудили:

→ «Рынок–академию» и смену логики проектирования
→ Упущения, ограничения и слепые зоны данных
→ Собрали чек-лист: от данных к проекту
→ Обсудили, как учиться аналитике сегодня

Софт Культура: Что повлияло на развитие предпроектной аналитики в России? И как это повлияло на проектирование?

Алсу Фатехова: Говоря о развитии рынка городской аналитики в России, можно заметить, что предпроектный анализ практически всегда развивался параллельно с разработкой концепций. Даже в тех случаях, когда аналитика собиралась отдельными командами в рамках консорциумов, она оставалась тесно связанной с проектированием. Поэтому выделить отдельные, автономные тренды довольно сложно — за исключением, пожалуй, команд, специализирующихся именно на пространственном анализе, городской социологии и антропологии.

Важную роль в формировании этого поля сыграло академическое образование. Появление профильных программ — таких как Высшая школа урбанистики, кафедра им. Глазычева в РАНХиГС, программа «Концептуальная урбанистика» в ТюмГУ —  сформировало устойчивую связку взаимного влияния «рынок — академия». В свою очередь, практические процессы — первые мастер-планы, изменения в законодательстве, масштабные программы благоустройства, внедрение стандартов комплексного развития территорий, дизайн-кодов, конкурсов малых городов — задали векторы для образовательных программ и закрепили спрос на аналитическую экспертизу.

Во многом именно из этого контекста и возникла идея о том, что качество проекта определяется результатами анализа. Хочется верить, что фокус на evidence-based подходах постепенно укореняется — и на это есть несколько причин.

Во-первых, такой подход позволяет государственным акторам и заказчикам уже на стадии разработки концепции ориентироваться на достижение KPI. Во-вторых, для департаментов и муниципалитетов аналитика становится инструментом проверки реализуемости проекта — соответствия нормативам, ограничениям и реальным условиям. В-третьих, аналитика дает архитекторам и урбанистам дополнительный источник мышления и вдохновения: она помогает не только направлять проект на ранних этапах, но и аргументировать принятые решения.

Важно отметить, что эта логика ещё не стала универсальной. По-прежнему существует значительное число заказчиков, для которых приоритетом остается финальная визуализация, а аналитический этап воспринимается как формальный или второстепенный — как нечто, предшествующее «настоящей» работе.

СК: Что чаще всего упускают на этапе анализа? До каких данных труднее всего добраться?

Алсу: К сожалению, довольно часто можно встретить ситуацию «анализа ради анализа» — когда, например, выбран интересный метод или доступны различные наборы данных, но при этом отсутствует понимание, на какой вопрос вся эта аналитика должна ответить — и это проблема.

Другая распространенная сложность — отсутствие синтеза между аналитическими слоями. Например, могут быть отдельно проанализированы морфология территории и транспортный каркас, но без вывода о том, как эти данные взаимосвязаны и что они означают для проектных решений. В результате аналитика остается фрагментарной и не работает на проект.

С точки зрения доступности данных можно выделить три проблемы. 

→ Первая связана с институциональными барьерами. Данные часто оказываются «заперты» внутри триады: власть — экспертная ловушка — технологический разрыв в использовании. В России до сих пор продолжается переходный этап цифровизации, который сопровождается трендом на закрытость. В результате данные нередко публикуются в агрегированном виде (например, на уровне регионов) или с существенной временной задержкой, что значительно снижает качество анализа и затрудняет сравнительные исследования. Например, сегодня из-за этого практически невозможно отследить динамику дневной и ночной жизни города без покупки данных у мобильных операторов или проведения собственных полевых исследований — что часто не укладывается ни в бюджет, ни в сроки проекта. К другим труднодоступным данным также относятся сведения об инженерной инфраструктуре, подземных коммуникациях, экологическом мониторинге, состоянии воздуха и воды.

→ Вторая проблема — разрыв между анализом и проектированием, во многом связанный с кадастровыми ограничениями. Из-за этого оказывается сложным получить информацию о собственниках участков — государственной, муниципальной или частной, хотя именно эти данные критически важны для определения стратегии развития. Кроме того, кадастровая информация тесно связана с зонами охраны и зонами с особыми условиями использования, что в совокупности может привести к несоответствию проектных решений требованиям реализации и необходимости целиком перерабатывать концепцию.

→ Третья проблема касается экономики реализации и эксплуатации. В рамках крупных стратегических документов часто формируются комплексные решения, однако вопросы бюджета, источников финансирования и долгосрочной эксплуатации оказываются иногда совсем не проработанными.

Кроме этого, часто игнорируются данные о рельефе и микроклиматическом комфорте территории, включая информацию о том, как она используется в разных сезонных сценариях. Во многом это обусловлено короткими сроками проектирования: у планировщиков не всегда есть возможность наблюдать, как территория функционирует в разные времена года — летом, зимой, в переходные периоды. Поэтому часто мы получаем фрагментарное представление о сценариях использования, и проекты нередко оказываются неадаптированными к реальным условиям — например, неудобными или непригодными для части сезонов.

Как проверить результаты предпроектного анализа? Можно задать себе несколько простых вопросов — они помогут сориентироваться, проверить логику исследования и не воспроизводить типичные пробелы проектирования:

• Есть ли у меня вопрос: что именно я хочу понять про территорию? Есть ли гипотеза, которую я проверяю? 
• Понимаю ли я, как территория встраивается в окружающий контекст? Чем она отличается от соседних участков?  
• Осознаю ли я, что изменится после реализации проекта — и учитываю ли это?

• Понимаю ли я, кто является пользователями территории — сейчас и в будущем?
• Выделены ли сценарии использования: кто, когда и как будет её использовать?
• Проверялись ли мои предположения реальными данными или наблюдениями?

→ Понимаю ли я ограничения и возможности разных слоев анализа?

→ Какие ключевые преимущества территории были выделены? 

→ Смогу ли я сохранить их в проекте?

→  Удалось ли мне превратить ограничения в ресурс для развития?

→ Понимаю ли я, как пространство живёт в разное время года, дня и ночи?

→ Учитываю ли я «физику» места: рельеф, климат, инсоляцию?

→ Что я знаю про историю места и как это влияет на проект? Что я беру из «кода места»?

→ Могу ли я по каждому слою выстроить цепочку: данные → анализ → выводы → концепция?

→ Есть ли в проекте субъективные выводы, не подтверждённые данными или полевыми исследованиями?

→ Использую ли я актуальные данные? Нет ли противоречий между разными источниками?

→ Смогу ли я объяснить свой анализ и выводы человеку вне профессии — другу, маме, бабушке?

СК: Как определиться с множественной идентичностью проектировщика-исследователя?

Алсу: Предпроектный анализ сегодня становится «второй кожей» для профессии, усиливающей уже имеющуюся экспертизу — будь то архитектура, городское планирование или дизайн. Без внимательного и системного подхода к предпроектному анализу практически невозможно реализовать качественный проект, вне зависимости от его масштаба.

На наш курс, например, приходят участники с разным бэкграундом и собственной оптикой — и это, на самом деле, большая ценность. Мы не заменяем профильное образование, а дополняем его: даём методологию, подсвечиваем теоретические основания и предлагаем инструменты, которые помогают усилить и расширить практику. В итоге в работе над реальными проектами всё большее значение приобретает не столько формальное образование, сколько способность осмысленно применять аналитические подходы и интегрировать их в процесс проектирования.

СК: Как тогда специалисту выстраивать свою образовательную траекторию?

Здесь может помочь простое, но честное упражнение — проанализировать свой последний проект. На какой вопрос вам не удалось ответить достаточно глубоко? Где не хватило знаний или инструментов? Что хотелось бы сделать лучше?

Именно такие точки напряжения и неопределённости часто становятся лучшими ориентирами для дальнейшего обучения и обогащения практики.

Алсу: Курс, по сути, можно назвать ответом всем перечисленным ограничениям и пробелам. Он объединяет методы из разных дисциплин: городского планирования, архитектурного анализа, социологии, демографии, экологии, экономики и нормативного регулирования. Мы постарались собрать ключевые подходы, необходимые архитекторам, планировщикам и исследователям для понимания специфики российских городов и вызовов, с которыми они сталкиваются.

С одной стороны, некоторые блоки могут напоминать университетские курсы по урбанистике и пространственной аналитике, с другой — в рамках программы они собираются в единый теоретико-практический курс, который формирует комплексную методологию предпроектного анализа.

В рамках курса мы стремимся закрыть несколько пробелов архитектурного проектирования и разработки проектов развития территорий.

→ Вместо разрыва между аналитикой и проектом — понятная прикладная методология предпроектного анализа.

→ Вместо проектирования без доказательной базы — наборы различных фреймворков и стандартов, которые влияют на качество решений.

→ Вместо игнорирования и непонимания городского контекста — сценарии использования проекта в симбиозе с городскими системами.

→ Вместо фрагментарного анализа — комплексное исследование городских слоев и их взаимосвязи.

Таким образом, нам важно поддержать тех, кто уже имеет опыт работы с городскими проектами, так и тех, кто только начинает, — помочь им погрузиться в исследование часто невидимых и недоступных аналитических слоев, раскрывающих многогранный контекст территории. Поэтому ключевая задача курса состоит в том, чтобы участники шаг за шагом закрывали пробелы в понимании территории и использовали различные аналитические оптики, которые по итогу складываются в целостную картину.

Каждый урок выстроен по принципу «теория + практика»: мы стараемся сразу закреплять материал в формате воркшопов и упражнений, обсуждаем его в группах и учимся «читать» территорию на конкретных кейсах — от малых городов до районов Москвы. В целом курс предполагает много дискуссий и коллективных обсуждений прямо во время знакомства с теорией.

Вторая важная часть — домашние задания. Участники самостоятельно исследуют выбранный участок, формулируя потенциальные сценарии его использования и функции — будь то территория под жилую застройку, развитие инфраструктуры или проект благоустройства.

Обновленную программу курса можно найти на странице, а по итогам первого набора мы добавили несколько новых упражнений. Например, в начале курса мы проведем небольшой воркшоп по работе в QGIS, поскольку большинство заданий опирается на него. Особое внимание мы уделим технике «обратного предпроектного анализа» и критическому разбору реализованных проектов: будем ставить под вопрос финальные решения в проектах развития и благоустройства, анализировать их соответствие контексту и заявленным целям. Кроме того, на основе нескольких аналитических слоев мы будем учиться писать собственные аналитические брифы.