Архитектурный рынок в США

Помните, мы рассказывали про Егора Карпенко, который учился в Гарварде? Возвращаемся к его истории — поговорили с Егором об архитектурном рынке в США, работе в нью-йоркском бюро A+I и его вкладе в проекты. Егор рассказывает:

→ о стажировках во время магистратуры
→ о работе в A+I
→ об организации студии
→ об американском рынке
→ и дает советы, как искать работу в США

В моем случае поиск работы начался уже во втором семестре — с поиска интернатуры. Летом мне удалось получить стажировку в Skidmore, Owings & Merrill, где я работал над проектом аэропорта в Чикаго. Это была очень ценная возможность: я сразу оказался в окружении выдающихся архитекторов и впервые поучаствовал в крупном американском проекте. Этот опыт стал для меня ключевым — он показал работодателям, что я понимаю, как устроен процесс проектирования в США.

После выпуска я около полугода занимался сторонними проектами и искал постоянную работу. До того, как я попал в Architecture Plus Information (A+I), я работал в компании Buildoly, где был проектным архитектором: занимался разработкой рабочей документации, подачей чертежей на получение разрешений и общением с подрядчиками. Благодаря этому я получил редкий для молодого специалиста опыт работы на технически насыщенных стадиях проекта.

Когда я подавался в A+I, мой опыт оказался большим преимуществом. Работодателю было важно, что я умею работать в Revit, понимаю специфику технической документации и знаю процесс от концепции до реализации. В тот момент у студии появилось несколько новых проектов, и меня пригласили в команду, чтобы заниматься дизайном для одного из крупнейших девелоперов Манхэттена, с которым A+I уже сотрудничала ранее.

Сейчас я работаю в A+I. Недавно бюро объединилось с одной из крупнейших международных архитектурных компаний Perkins&Will: начиная с этого года, мы работаем не только над корпоративными офисами, но и в проектах образования, здравоохранения и общественных пространств по всему миру.

Я — архитектор: отвечаю за весь цикл проектирования в Revit, координирую модель, документацию и коммуникацию с инженерами.
Сейчас веду работу над проектом штаб-квартиры одного из крупнейших венчурных фондов в Нью-Йорке, где клиент дает нам огромный кредит доверия, и благодаря этому мы можем исследовать смелые, нестандартные решения, которые в других проектах могли бы показаться рискованными. Это, пожалуй, лучший опыт сотрудничества с клиентом, который у меня когда-либо был.

До этого я участвовал в проектировании офиса Google в Чикаго, где я отвечал за вычислительный дизайн, создавая алгоритмические решения в Grasshopper, Rhino.Inside и Revit. Google стремился к экспериментам, и мы разрабатывали оригинальные формы и элементы, отсылающие к истории Чикаго.

Также работал над проектами для ведущего манхэттенского девелопера и офиса Macquarie — крупным проектом, получившим широкое освещение в архитектурных изданиях. Я курировал все вычислительные методы дизайна. 

В бюро есть несколько небольших автономных команд, объединенных в три архитектурные студии. Помимо этого, в компании есть интерьерный департамент и отдел стратегии, работающий на стыке дизайна и консалтинга. Внутри архитектурных студий нет строгого разделения по типам проектов: каждая команда проходит все стадии — от концепции до реализации.

Главное отличие A+I от большинства архитектурных бюро в США — это отдел стратегии, который упрощает коммуникацию между клиентом и архитектором. В архитектуре часто бывает, что заказчик приходит с готовым брифом, который составлен людьми, которые могут не до конца понимать собственные пространственные потребности. Архитекторам приходится тратить много времени, чтобы «выбить» из клиента более адекватные параметры и объяснить, почему их изначальная программа не работает.

Именно эту проблему решает стратегия. Стратеги начинают с интервью, погружаются в культуру и цели клиента, формируют адекватные задачи, которые затем транслируются архитекторам. Это позволяет создавать проекты, идеально отвечающие реальным нуждам бизнеса и проектировать не просто пространство, а пользовательский опыт. Именно так, на мой взгляд, и должна работать архитектура: создавать бриф вместе с заказчиком, а не получать его как данность. Такая коллаборация помогает рождать действительно сильные проекты.

Необычная структура компании открывает новые типы взаимодействий. Я познакомился с людьми, у которых нет архитектурного образования, но есть опыт в стратегии, медиа, маркетинге, копирайтинге, и это создает совершенно иной кросс-дисциплинарный контекст. Команды формируются из людей с очень разным мышлением, и именно в этих пересечениях рождаются самые интересные идеи. А еще в офисе стоит кран с пивом, и по четвергам устраивается happy hour. Это веселый способ лучше узнать коллег и создать теплую, человеческую культуру.

В A+I меня удивило, что студия полностью работает в Revit. Сначала мне показалось, что такого просто не может быть — ведь обычно архитекторы комбинируют разные программы: Rhino для концепции, Revit для документации, иногда 3ds Max + Corona для визуализаций. Но в A+I это действительно так: весь процесс — от ранней стадии до строительного надзора — ведется в Revit + Enscape. Это почти беспрецедентно для американских бюро.

Такая система работает благодаря продуманной внутренней архитектуре, разработанной BIM-менеджером компании. Он буквально строит внутреннюю архитектуру Revit — работает с кодом, автоматизацией, тестирует новые функции, и я часто ему помогаю. Вместе мы создаем новые инструменты и плагины, которые ускоряют процесс проектирования и делают его более интуитивным для всей команды.

Также активно используется Rhino.Inside Revit — позволяет интегрировать Rhino и Grasshopper прямо внутрь Revit, не выходя из экосистемы BIM. Это особенно полезно, когда нужно быстро протестировать форму или создать вычислительный алгоритм. Иногда я использую Revit API и Dynamo, но, как показывает практика, связка Rhino–Revit–Grasshopper гораздо стабильнее и гибче, чем Dynamo, особенно при работе с крупными моделями.